По Витгенштейну, задача философии состоит в разработке критериев осмысленности предложений, другими словами, правил, по которым должно строиться предложение, чтобы быть осмысленным. С другой стороны, эти критерии (правила) позволяют «диагносцировать» бессмысленность предложений, которые на первый взгляд кажутся осмысленными. Критическое применение этой программы состоит в выявлении «псевдопроблем» — проблем, в постановке которых допущена та или иная логическая ошибка и которые поэтому не имеют осмысленного решения. По мнению Витгенштейна и ряда других представителей аналитической философии, таковы многие традиционные философские проблемы (проблема универсалий, психофизическая проблема, проблема доказательства бытия объективного мира и др.). В «Философских исследованиях» Витгенштейн говорит: «Философия лечит вопрос: как болезнь».

Определение: Предложение называется осмысленным, если оно имеет истинностное значение, т.е. является либо истинным, либо ложным. Соответственно, бессмысленные предложения не имеют истинностного значения, т.е. не являются ни истинными, ни ложными.

Иначе говоря: любое осмысленное предложение можно доказать или опровергнуть; бессмысленные предложения не допускают самой возможности доказательства или опровержения.

Примеры осмысленных предложений:

2 х 2 = 4;
2 х 2 = 179;
снег белый;
снег зеленый;

Для каждого из перечисленных предложений нетрудно привести доказательство или опровержение.

Примеры бессмысленных предложений:
2 х 2 = вечному блаженству;
число «5» зеленое;
братство длиннее, чем равенство;
суббота лежит в постели.

Для каждого из этих предложений доказательство или опровержение невозможно в принципе.

Примечание 1. Для многих осмысленных утверждений имеет место фактическая ограниченность возможностей доказательства/опровержения. Скажем, едва ли мы когда-либо проверим истинность утверждения «Сократ родился в 15.26 по Гринвичу». Но можно себе представить (вообразить) возможность такой проверки (можно вообразить очевидца с хронометром, можно предположить, что найдутся источники, подтверждающие или опровергающие эту гипотезу и т.д.). Т.е. фактическая ограниченность наших познавательных возможностей не исключает принципиальную возможность доказательства/опровержения тех или иных предложений. Бессмысленные утверждения не допускают проверки в принципе, т.е. такую проверку невозможно даже вообразить. (Предложение «Х является зеленым» можно проверить только одним способом: посмотреть на Х. Поскольку число не может быть дано визуально, предложение «число 5 зеленое» оказывается бессмысленным.)

Примечание 2. Это понятие осмысленности можно интерпретировать на уровне здравого смысла следующим образом: если мы заинтересованы в получении истинного знания о мире, то для нас осмысленно (= интересно = целесообразно) обсуждать тезисы, которые допускают доказательство или опровержение или оценку вероятности. Предложения, не допускающие таких возможностей, просто не имеет смысла обсуждать.

Витгенштейн в «Трактате» разрабатывает две группы критериев осмысленности, которые можно отнести к категориальной логике и логическому синтаксису.

I. Категориальная логика исследует отношения совместимости между категориями субъектов и предикатов. Примеры: «число 5 зеленое»; «дерево четное» — эти предложения бессмысленны в силу логической несовместимости субъекта и предиката. В «Трактате» эта идея представлена в учении о логическом пространстве объектов (имен). Если мы осмысленно употребляем некоторое имя, то мы знаем, что можно и чего нельзя сказать об этом объекте осмысленно. Т.е. логическое пространство имени можно определить как совокупность логически возможных (= осмысленных; необязательно истинных) предложений, в которых фигурирует данное имя.

Иллюстрации:

Тезис 3.3: Только предложение имеет смысл; имя обретает значение лишь в контексте предложения.
Тезис 3.316: Какие значения способна принимать переменная предложения, заведомо определено. (Например, в предложении «Х четно» переменная Х может принимать значения «5», «18», «log749» и т.п., но не может принимать такие значения, как «дерево», «равносторонний треугольник», «Людвиг Витгенштейн» и т.п.) Эта идея была затем разработана в учении Карнапа о языковых каркасах. Описание языкового каркаса можно рассматривать как эксплицитное определение «логического пространства» для некоторой предметной области.

II. Логический синтаксис — это исследование структуры мысли, выраженной в предложении (она часто не совпадает с грамматическим синтаксисом предложения). Пример критерия осмысленности, основанного на анализе логического синтаксиса предложения: Функция (предикат) не может быть своим аргументом (субъектом).

В частности это означает, что предложение не должно ничего говорить о своем собственном истинностном значении. Это требование нарушено, например, в «парадоксе лжеца» (когда предложение Х гласит: «Х ложно»). (Вариант парадокса лжеца: Предложение, выделенное в этом тексте синим цветом, является ложным.)

Дополнение 1.
Логический анализ языка, коль скоро в нем выявляются условия осмысленной речи вообще (т.е. речи о любом возможном предмете), позволяет формулировать априорные онтологические суждения. В этом заключается изоморфизм логики и онтологии в «Трактате».

Пример:

Тезис 1.1: Мир есть совокупность фактов, а не вещей.
Иначе говоря: вещь существует не сама по себе (изолированно), но только в составе фактов некоторого класса. Т.е. здесь говорится об онтологической несамостоятельности вещи, которая соответствует семантической несамостоятельности имени, т.е. тому обстоятельству, что имя имеет значение только в контексте предложения (тезис 3.3).

Дополнение 2: Расширенное понимание осмысленности

Осмысленность предложений можно понимать не только в когнитивном смысле (осмысленность как обладание некоторым истинностным значением), но и в более широком прагматическом смысле — в смысле практической значимости того или иного предложения в наших речевых практиках. В этом расширительном смысле предложение осмысленно тогда, когда его употребление целесообразно. Это понятие осмысленности является более широким, поскольку многие прагматически осмысленные предложения не могут иметь истинностного значения, т.е. не имеют когнитивного смысла. Самый простой пример — вопросы, приказы, восклицания и другие формы речи, которые не содержат в себе утверждений о фактах — или содержат не только их. Соответственно, когнитивная осмысленность предложений оказывается частным случаем прагматической осмысленности: предложение является когнитивно осмысленным тогда и только тогда, когда его обсуждение целесообразно в практике познания (получения истинного знания). Особый интерес представляют «перформативные» предложения (термин введен Джоном Остином), которые представляют собой действия («речевые акты»), имеющие грамматическую форму повествовательных предложений, но не описывающие фактов, т.е. не являющиеся утверждениями по своей логической природе, а значит, не имеющие когнитивного смысла. Пример: «Я обещаю вам прийти завтра утром». Это предложение не описывает никакого факта и потому не может иметь истинностного значения. Это становится очевидным, если попытаться представить себе, что в ответ на обещание собеседник говорит, «нет, не обещаете» — или «пожалуй, вы и в самом деле обещаете». (В отличие от предложения «он пообещал ей прийти завтра утром», которое сообщает о факте и потому является либо истинным, либо ложным — т.е. имеет когнитивный смысл.) Аналогичные примеры: «Я открываю собрание» (в устах председателя собрания); «Я нарекаю тебя Иваном» (в устах священника) и т.п.

В этой связи следует обратить внимание на прагматическую интерпретацию «внешних» тезисов о существовании у Карнапа.