Виновата команда, не я – примерно такой вывод можно сделать из откровенного интервью Полины Смоловой в газете «Комсомольская правда» после очередного белорусского провала на конкурсе европейской поп-песни. Х-м. В принципе, Полина права, говоря, что «мы приехали на “Евровидение”, как из деревни». Так и есть. Но… Кто же эту «деревню» возглавил, если не сама Полина? Говоря, что в Греции не было никакой профессиональной раскрутки и организованного пиара, Смолова вновь права, но странно, что она пытается всеми силами доказать, что, прокрути песню «Мама» сто раз в Греции, песню-де заметили бы. Отнюдь.

 

О том, что песня слабая, говорил еще сам ее создатель Сухомлин задолго до «Евровидения». О слабости номера говорили и прежние сонграйтеры Смоловой Курлович и Голденков. Еще до конкурса. После – заговорили все. Как обычно. В то же время продюсер Максим Алейников, говоря, что Полина все делала сама, опровергает вину команды в неудаче нашей исполнительницы.

 

Да и при чем тут, в самом деле, команда, шоу и пиар!? Вон, ирландец Брайэн Кеннеди просто вышел, без всякого шоу и подтанцовки, спел красивую балладу и угодил в десятку лучших, как в полуфинале, так и в финале. То же касается и исполнителя из Боснии и Герцеговины – вышел, спел и занял высокое место.

 

Песня!!! Вот что самое главное на конкурсе песни. Если она слабая, то просто необходимо ее, блеклую и невзрачную, украсить более сильным шоу. У нас не было ни того, ни другого. Странно слышать от Полины следующее: «…я рада, что поехала именно в этом году…. Может быть, в прошлом году я не справилась бы с этой задачей»… С какой задачей?! Занять предпоследнее место!? Во задача-то! Но в прошлом году, по мнению многих, Полина как раз представляла куда как более удачную песню и лучше ее пела. Ныне же, крутясь и вертясь на сцене вверх тормашками, Полина смяла и свой вокал, и английское произношение, которое у нее было почти безупречным в песнях Smile и Son of Love, исполненных соответственно в прошлом и позапрошлом годах.

 

Странно слышать слова Смоловой и по поводу того, что не могло у нее быть, в отличие от украинцев или россиян, национального колорита. «Нам что, польку станцевать? Или цимбалы выставить? Или в костюмах национальных?.. Да нас засмеяли бы!» – возмущалась певица. Извините! Никак не соглашусь. Почему бы и нет!? Почему нельзя использовать вариации на тему национальных костюмов, вставить элемент зажигательной «Лявонихи?»

 

Кстати, о Лявонихе. Точнее, о «Лявонах». Как сейчас, опять-таки запоздало, говорят многие, «Лявоны» смотрелись бы получше в Афинах со своим вдохновенным гимном Come Back и явно национальным названием группы. Но не их выбрали. Немцам, сидевшим в зале на национальном отборочном конкурсе, понравились те же «Лявоны», группа Light Sound, Прима-Вера и даже Гюнешь. Но выбрали за старые заслуги именно Смолову, с надписью Polina на интересном месте. В чем никто не сомневался. В смысле в том, что ее выберут.

 

Вполне справедливо обижается Полина Смолова на слабый пиар, плохое финансирование и непрофессионализм нашего менеджмента. Но мы проиграли вовсе не в Афинах и не из-за менеджмента, а в Минске, выбирая, как всегда, по заслугам, а не по качеству на данный момент.

 

«Хорошо, допустим, песня могла быть другая, но где ее взять?» – вопрошает Полина. А где она искала-то? Обращалась ли к Курловичу, написавшему ей прекрасные песни к предыдущим конкурсам, или к Леониду Ширину? Нет. Просто пришла к Сухомлину, а он ей дал то, «что на тот момент осталось». Вот такой незамысловатый поиск песни.

 

Что же делать?

 

«Сегодня я могу написать книгу, как и что надо делать на “Евровидении”», – говорит Смолова. Книгу… Книга – это хорошо. Полезно. Особенно для продюсеров и членов комиссии, которым нужно же хоть чему-нибудь учиться. Но как выбирать? Пусть лучше кандидата, как в стародавние времена народного вече, на конкурс выбирает сам народ. Голосованием. Пусть жюри подключается к работе уже с выбранным артистом и обеспечит его всем, чем надо: карманными деньгами, клипом, билетом в оба конца, да и этим, как его? – пиаром. Народ же у нас неглупый, и зря наши профи его так боятся. Бояться надо как раз наших профи, которых с их пресловутыми 75 процентами белорусской музыки никто не принимает в Европе.

 

Высоких мест на «Евровидении» добились все наши европейские соседи и сотоварищи по бывшему Союзу: и Литва, и Россия, и Украина, и Латвия с Эстонией, и Молдова, «которой нет», включая даже дебютанта и европейскую периферию Армению… И только белорусов, с их богатыми песенными традициями, в числе выигравших нет. Стыдоба!

 

Удивляюсь людям, которые успокаивают Полину: мол, ты выступила великолепно, а все остальное – политика… Какая к черту политика!? Вон, Ксюша в детском конкурсе победила без всякой политики – вышла, спела звонким голоском заводной мотивчик и выиграла. Россияне тоже на политику все кивали, когда сами дурью маялись, посылая на конкурс пугачевых да киркоровых. Как за голову взялись, так и «политика» куда-то исчезла.

 

Книгу написать… Книгу написать, оно, конечно, не помешало бы. Но, пиши не пиши, а с «дешевым бисером» в Европу не заедешь. Как бисер этот на пиар-акциях не мечи, как его не рекламируй, дешевым он и останется.