Так гэта вайна... І людзі ня ў стане яе асэнсаваць... Вось гэта і ёсьць наша праца культура галашэньня. Але праца інтэлектуальная ня зробленая, ня зробленая ані грамадзтвам, ані асобнымі інтэлектуаламі.

В Беларуси есть белорусские диаспоры диаспоры надежды. Это выражение - наиболее корректный способ различить «свядомых», «чэсных» и тех белорусов, которые уже проявляют любопытство к политике.

На центральноевропейском рынке «белорус» помещается в воображенное пространство «малых наций», чья интеллектуальная аура включает имена Кундеры, Гавела, Чеслава Милоша, Адама Михника и Славоя Жижека, Вайды и Кустурицы...

Сейчас важно, чтобы изменение, произошедшее с нами 19-25 марта, пустило корни в нашей жизни. Это означает, что буквально все важнейшие элементы и отношения нашей прежней жизни нуждаются в новом видении.

Обретение свободы сегодня привязано к конкретному месту нашей стране. Пространством свободы давно должны были стать не кухни, а проспекты и площади, газеты и телевидение.

По существу, «город без людей» тождественен тут «власти без людей», т.е. власти без людской поддержки, власти одинокой и изолированной.

Палаточный городок оказался той «чёрной дырой», тем вирусом, той метастазой, благодаря которой старое общество стало трансмутировать к новой жизни.

Нас мало, но мы - интеллектуальные самураи, чей меч - интеллект, чей вызов на бой - вызов на интеллектуальный поединок, чья жизнь и победа - торжество и свобода духа.

Я использую термин оппозиция не только в политическом смысле, но как обозначение состояния гражданского сознания человека глобального мира.